Ученье — свет?
Вступительное слово главного редактора.
Александр Агеев
Без страховки
"Экономические стратегии", №04-2007, стр. 05
![]() |
Давно ли, дорогой читатель, Вы разглядывали свои фотографии в детстве? Видимо, впечатления у всех нас роятся разнообразные. Но одно присутствует наверняка – то, детское изображение еще не знает последующего своего пути, предстоящей личной судьбы, со всеми ее извивами, сплетениями, радостями, драмами, сюрпризами. Разумеется, в принципиально не описываемой, не фотографируемой полноте повседневного случившегося бытия можно постфактум обнаружить некую логику. Но на какие, однако, хрупкие случайности она будет опираться! Хотя с большей или меньшей убежденностью спустя годы мы начинаем понимать: "Кто верит в случайность, не верит в Бога".
Строго говоря, образование – кладбище первозданного восприятия жизни. Или, как это сформулировал канадский педагог, ставший знаменитым американским писателем, Лоуренс Дж. Питер, "образование – это метод, посредством которого поднимаешься на более высокий уровень предрассудков". Та неизвестность, что впереди еще не замутненного сознания ребенка от 2 до 5, способного выдавать лингвистические или акварельные шедевры, оборачивается для него с годами не бесконечной стихией творческого восторга, а пространством социальных табу, упаковывающих – с более или менее явным и оправданным насилием – непосредственное общение человека с принципиально необъятным миром. В этой связи Эйнштейн как-то заметил: "Это просто чудо, что любознательность выживает при формальном образовании". Мысль, правда, не нова. Ее по-своему обыграли и Оскар Уайлд: "Образование – замечательное дело, надо лишь хоть иногда вспоминать о том, что ничему, что стоит знать, научить невозможно", – и Уинстон Черчилль: "Я всегда готов учиться, но мне не всегда нравится, когда меня учат". Очевидно это было не только европейцам и не только в новейшее время. Максима Чжуан-Цзы, за три века до Рождества Христова: "Не поступай в услужение к славе, не становись сокровищницей замыслов, не давай делам власти над собой, не покоряйся знанию".
Эти умозаключения не столь безобидны по последствиям. За аналогичные выводы, обоснованные в лекции "Американское образование как пагубная привычка и способы ее лечения", из Гарвардского университета в 1963 г. был изгнан один из наиболее парадоксальных профессоров ХХ в. Тимоти Лири, названный президентом Ричардом Никсоном "самым опасным человеком Америки". Его эксперименты по поиску эксклюзивной благодати "неигрового мира" повлияли на поведение целого поколения "детей цветов". Поколение это считается "потерянным". Но киборгизация, экспансию которой мы наблюдаем в наши дни, тоже связана с проектом Лири, начатым им после освобождения из пожизненного заключения в конце 1980-х гг., по "расширению сознания" виртуальными средствами через Интернет.
Пусть Лири – хотя и своеобразная, но кажущаяся все-таки отдаленной от нынешних наших образовательных хлопот легенда. Однако факт, что за критику системы и подходов российского делового образования, прозвучавшую в некоторых публикациях "ЭС", их авторы были уволены.
Вспоминается в итоге хотя и банальное, но организационно, политически и экономически острое наблюдение Вуди Аллена: "В жизни случаются вещи и похуже смерти. Вам доводилось когда-нибудь провести вечер в компании страхового агента"?